Раздел: …в т.ч. по востребованности выпускников работодателями (2012—2023 гг.)

Лучшие вузы по уровню востребованности выпускников работодателями (2022 год) — Аналитика

Рейтинг лучших вузов России RAEX-100, 2022 год

Рейтинг 100 лучших вузов России агентства RAEX показал: образовательный и научный потенциал всё сильнее смещается в сторону двух столиц. Однако баланс может измениться благодаря усилиям государства по развитию региональных вузов.

Скачать PDF-версию аналитических материалов

Рейтинговое агентство RAEX (РАЭКС-Аналитика) в одиннадцатый раз публикует список 100 лучших вузов России. Победителем рейтинга стал МГУ им. М.В. Ломоносова, получивший наивысшую оценку по всем группам показателей, измеряющих качество образования, востребованность выпускников и научную деятельность. На втором месте расположился МФТИ, набравший близкий к максимальному балл за уровень научно-исследовательской деятельности. Драйвером роста Санкт-Петербургского государственного университета, поднявшегося с четвертой на третью позицию, стали показатели группы «образование» – в этом субрейтинге СПбГУ сумел опередить все вузы страны, кроме МГУ. Ещё одно изменение в десятке лучших – рост Санкт-Петербургского политехнического университета Петра Великого, занявшего восьмое место и обошедшего Томский политехнический университет. Успех СПбПУ во многом объясняется повышением востребованности вуза среди абитуриентов на фоне снижения соответствующих показателей непосредственного конкурента (ЕГЭ зачисленных абитуриентов и стоимость платного обучения).

Рейтинги 2022 года

100 лучших вузов России

…в т.ч. по условиям для получения качественного образования

…в т.ч. по востребованности выпускников работодателями

…в т.ч. по уровню научно-исследовательской деятельности

Негосударственные вузы России

Топ-100: региональный срез

В список лучших вошли университеты из 31 региона России. При этом впервые за 11 лет составления рейтингов RAEX больше половины мест в топ-100 заняли университеты двух столичных агломераций – московской и петербургской. 51 вуз из сотни лучших расположен в пределах Московской и Ленинградской областей (в том числе 33 вуза – в Москве, 12 в Санкт-Петербурге и шесть в Московской области). При этом пять лет назад на упомянутые регионы приходилось 42 вуза из рейтинга, а три года назад – уже 45. Таким образом, все последние годы баланс сил постепенно менялся в сторону двух столиц, что привело в итоге к их абсолютному доминированию над регионами в рейтинге 2022 года. Такое положение дел – следствие диспропорций, наблюдаемых в ходе составления рейтингов уже много лет.

Так, столичные вузы уверенно выигрывают конкуренцию за перспективных студентов. Первокурсники ведущих вузов Москвы и Санкт-Петербурга, как правило, превосходят студентов региональных вузов по уровню подготовки – к примеру, средний балл ЕГЭ у зачисленных на бюджет в столичные вузы из рейтинга RAEX составил 84,7, тогда как у молодежи в регионах – 72,2. Что же касается наиболее талантливых абитуриентов – победителей ведущих олимпиад школьников – то разница между Москвой, Санкт-Петербургом и остальной Россией просто огромна. Доля зачисленных без экзаменов олимпиадников в столичных вузах в 6 раз выше, чем в регионах. При этом за год разрыв еще и увеличился – в регионах доля сократилась на 5 п.п., тогда как в столицах – на 1 п.п.

Растет отставание регионов от центра и по результативности научной деятельности, которую в последние годы было принято измерять через статьи в авторитетных журналах. Удельное количество публикаций, индексируемых в базе Web of Science, у региональных вузов за год снизилось на 4%, тогда как у вузов Москвы, Подмосковья и Санкт-Петербурга возросло на 6%.

Похожая ситуация и с постдипломным обучением. По объему средств, привлеченных благодаря программам дополнительного образования, в 2020 году столицы превосходили регионы примерно вдвое (226 млн руб. против 99 млн руб.). За прошедший 2021 год в столицах средний показатель снизился незначительно – на 6,5%, а в регионах рухнул сразу на 17%.

Таким образом, рейтинги RAEX показывают, что образовательный и научный потенциал России сильно смещен в сторону двух столиц, и все последние годы неравенство только нарастало. И на этом фоне логична инициатива властей по поддержке региональных вузов. Главным инструментом может стать стартовавшая в прошлом году программа «Приоритет – 2030». Её бюджет на первом этапе – до конца 2022 года – беспрецедентно высок: свыше 47 млрд рублей. Важно, что одной из целей этой инициативы является поддержка региональных вузов – это даст возможность развиваться тем, кто ранее не участвовал в государственных программах. Господдержка будет способствовать повышению конкурентоспособности высшего образования в регионах, и в будущем это может привести к перераспределению мест в рейтингах в пользу нестоличных вузов.

Финансовые средства «Приоритета» распределяются не среди узкого круга избранных университетов, а между более чем 100 вузов России. 65 участников программы вошли в рейтинг RAEX-100 2022 года, из них больше половины – 37 вузов – региональные. И несмотря на то, что средства поддержки стали поступать в вузы только ближе к концу 2021 года, это уже изменило баланс финансирования. В 2021 году в столичных вузах из рейтинга RAEX средний объем средств в расчете на студента вырос на 5,9%, тогда как в региональных вузах – на 8,7% (что выше официального показателя инфляции 8,4%).

Еще одним важным сигналом для развития региональных университетов стало заявление Владимира Путина, призвавшего в 2020 году отдавать приоритет региональным вузам при распределении бюджетных мест. И результаты приемной кампании, зафиксированные RAEX, подтверждают, что данная идея уже реализуется на практике. У нестоличных участников рейтинга RAEX-100 за год число бюджетных мест выросло на 14%, а вот в вузах Москвы и Санкт-Петербурга темп прироста оказался ровно в два раза меньше – всего 7%.

Международная интеграция в образовании

Рейтинги RAEX последних лет фиксировали неуклонное углубление интеграции отечественных вузов в мировую образовательную среду – основные показатели вузов, характеризующие международную деятельность, синхронно росли. Примечательно, что даже коронавирусные ограничения не смогли развернуть данный тренд – к примеру, доля иностранных студентов-очников в университетах из топ-100 на протяжении восьми лет ежегодно увеличивалась, дойдя в 2022 году до уровня 12%. Также росла численность студентов, обучающихся по совместным с зарубежными вузами программам двух дипломов, – сегодня средняя доля таких студентов в вузах из топ-100 превышает полтора процента (1,6% против 1,4% в прошлом году).

В 2020-м году серьезный ущерб международной интеграции нанесла пандемия, теперь же велики опасения, что международные связи будут ослаблены из-за событий на Украине. Как в действительности ситуация повлияла на российские вузы и чего университетам ждать в дальнейшем?

Если говорить об обучении студентов, то нет оснований полагать, что численность иностранной молодежи в российских вузах резко снизится. Дело в том, что подавляющее большинство тех, кто приезжает учиться в Россию – граждане из дружественных стран. По расчетам RAEX, это свыше 96% от всего иностранного контингента очной формы обучения. На студентов с Украины приходится менее 3%, и лишь 1% от всех иностранцев – это учащиеся из Северной Америки, Европы, Южной Кореи и т.д.

По данным Минобрнауки, общее количество иностранных студентов, получающих высшее образование в России, в 2021 году составило 324 тысячи человек. Наибольшей популярностью российское образование пользуется у представителей Казахстана (61 тыс. студентов), Узбекистана (48,7 тыс. студентов), Китая (32,6 тыс. студентов), Туркменистана (30,6 тыс. студентов), Таджикистана (23,1 тыс. студентов), Индии (16,7 тыс. студентов) и Египта (12,4 тыс. студентов).

В Санкт-Петербургском политехническом университете Петра Великого доля бакалавров-очников из ЕС и США составляет около 2%, тогда как на Китай приходится 41%, на СНГ – 33%. Похожий расклад и в региональных вузах – в Алтайском государственном университете учатся в основном студенты из Казахстана, Китая, Таджикистана, Киргизии и Узбекистана (при этом никто из студентов-граждан Болгарии, Венгрии, Германии, Латвии и США не прервал свое обучение).

Но повод для беспокойства все же есть, считает проректор НИУ ВШЭ Иван Простаков – опасения вызывает не «непоступление» студентов из недружественных стран, которых на основных образовательных программах «Вышки» сейчас не более 10% от общего числа иностранцев, а «недозаезд» студентов из дружественных стран, который связан с дороговизной и трудностями перелетов в Россию, ограничениями на трансграничные банковские переводы, общей нестабильностью геополитической ситуации.

Гораздо хуже обстоят дела со студенческой мобильностью – с программами двух дипломов и возможностью наших студентов стажироваться за рубежом. Значительная часть программ приходилась на сотрудничество с вузами Европы. Например, в РЭУ им. Г.В. Плеханова 60% программ двойного диплома реализуется совместно с Францией, Германией Нидерландами, Австрией и Чехией. В СПбПУ Петра Великого почти 90% программ двух дипломов были созданы совместно со странами ЕС. Сегодня многие контакты с европейскими университетами заморожены. Также в России приостановлена одна из ключевых программ Евросоюза, обеспечивающих мобильность студентов, – ERASMUS+. Наиболее точным термином, описывающим происходящее, стало слово «заморозка» – западные партнеры чаще всего не разрывают отношения, а занимают выжидательную позицию. С НИУ ВШЭ прекратили сотрудничество пять партнеров, а «заморозили» отношения – около ста. С РЭУ им. Г.В. Плеханова приостановили отношения 52 партнера. О приостановке программ студенческих и преподавательских обменов также сообщили в НИЯУ МИФИ.

Очевидно, что университетам придется смещать фокус международного сотрудничества, но представители вузов утверждают, что речь идет не о полной переориентации, а скорее о том, что отношения с университетами из дружественных государств будут развиваться более интенсивно. Так в НИУ ВШЭ в 2014 – 2021 годах количество соглашений с зарубежными организациями в Европе выросло в пять раз, а с партнерами в Азии – в девять. В СПбПУ Петра Великого наращивают партнерство с Турцией и странами СНГ, а также устанавливают новые контакты – со странами Арабского мира, в частности Ираном, и Африки. РЭУ им. Плеханова разрабатывает новые направления сотрудничества со странами Азии, Латинской Америки и Африки. Создание новых совместных образовательных программ потребует немало времени, отметили в университете.

При этом есть вузы, которые по линии двух дипломов изначально нацеливались на сотрудничество с партнерами из СНГ – например, в НИЯУ МИФИ таких программ 100%. «Сотрудничество в образовательной сфере с этими странами продолжается. Мы ставим себе в этом году задачу на период приемной кампании – увеличение количества образовательных программ и иностранных абитуриентов», – сообщил первый проректор НИЯУ МИФИ Олег Нагорнов.

Новые вызовы для науки

В последние годы наибольшего прогресса российские вузы достигли в области научных публикаций, индексируемых в зарубежных наукометрических базах. За пять лет количество публикаций на одного научно-педагогического работника в среднем по топ-100 вузов России выросло более чем в три раза. Еще стремительнее увеличивалось цитирование научных работ: среднегодовое количество цитирований на одного НПР по топ-100 за последние пять лет выросло почти в семь раз. Теперь же из-за изменившейся геополитической ситуации есть риск того, что рост количества публикаций и их цитирований прекратится. Насколько оправданы такие опасения?

Опрошенные RAEX сотрудники ведущих российских вузов утверждают, что на текущий момент не наблюдается спада публикационной активности российских ученых в журналах, индексируемых в ведущих зарубежных наукометрических системах. Однако ряд экспертов считают, что может сократиться количество цитирований статей российских ученых «в силу нарастающей политизированности науки в недружественных странах». Другие собеседники отмечают, что большинство представителей мировой научной общественности стараются придерживаться принципов политического нейтралитета, и что контакты с большинством зарубежных ученых не потеряны.

При этом, возможное снижение показателей, фиксируемых в популярных библиометрических базах, не означает спада активности научно-исследовательской деятельности. Не менее важны и другие критерии оценки – например, объем НИОКР, численность аспирантов, количество защищенных диссертаций, показатели вовлеченности учащихся в научную деятельность и другие параметры. Следует отметить, что по многим из них вузы из топ-100 рейтинга RAEX продемонстрировали положительную динамику. Так, показатель «Численность аспирантов в расчете на 100 студентов» у участников рейтинга вырос в среднем на 6%, а объем привлечённых на НИОКР финансовых средств – на 9%. А отношение количества защит кандидатских диссертаций к численности обучающихся выросло в среднем сразу на 25%. Некоторое влияние на такую стремительную динамику оказала пандемия – из-за эпидемических ограничений в 2020 году многие запланированные защиты аспирантов и соискателей были перенесены на 2021 год. При этом опрошенные участники полагают, что увеличение количества защит диссертаций будет происходить и в дальнейшем. Это связано с ростом финансирования научных исследований благодаря программе «Приоритет-2030», а также с реформой аспирантуры – новые федеральные государственные требования (ФГТ) предусматривают сокращение образовательной компоненты в пользу научных исследований. Проректор РЭУ им. Г.В. Плеханова Дмитрий Штыхно развивает мысль: «Прежняя модель не обеспечивала достаточной гибкости в части организации учебного процесса и организации научных исследований в аспирантуре, не давала возможности сформировать индивидуальную траекторию подготовки диссертационного исследования для выхода на защиту в диссертационном совете. Она была в большей степени нацелена на формирование профессиональных компетенций».

В условиях санкций приоритеты научных исследований отечественных ученых не могут оставаться без изменений: внимание теперь всё больше приковано к вопросам импортозамещения, а сами исследования в значительной степени должны быть ориентированы на применение результатов на практике. При этом российская наука поставлена в непростые условия – в частности, уже сейчас есть сложности с доступом к информации о новейших исследованиях ведущих зарубежных ученых. Из-за ограниченного академического обмена и санкций на импорт технологий доступ к публикациям является важным средством развития науки.

«К счастью, несмотря на уход Web of Science, продолжается сотрудничество со Scopus и остается возможность пользоваться открытыми научными базами, такими как Research Gate, а также всевозможными базами препринтов», – говорит начальник управления стратегического планирования и программ развития СПбПУ Мария Врублевская.

«Web of Science для подавляющего большинства российских исследователей все же выступает как агрегатор информации о публикациях и их цитированиях в некотором количестве журналов, индексируемых на этой платформе. Поэтому уход Web of Science из России не столько лишил учёных доступа к публикациям, сколько информации о наукометрических показателях отдельного журнала, отдельной публикации, конкретного автора или организации. Это, безусловно, ограничивает адекватность и корректность принятия некоторых решений, основанных на наукометрических показателях, – говорит Светлана Лобова, заместитель директора офиса проектного управления АлтГУ. – Те коллеги, которые использовали в своей деятельности расширенные опции Web of Science и не рассматривали эту базу данных только как источник информации об уровне Хирша и количестве публикаций, полагаю, смогут переориентироваться на другие агрегаторы данных о результатах актуальных научных исследований в мире, тем более, что некоторые наиболее авторитетные издания также индексируются и в Scopus».

В сложившихся условиях особую актуальность приобретает тема развития российских баз данных научной информации. Пока что в академическом сообществе нет единого мнения о том, каким образом это должно происходить и какие функции должны выполнять российские базы. Так, звучат предложения развивать отечественные базы как альтернативный инструмент сбора библиометрических показателей, которые сейчас измеряются с помощью Web of Science и Scopus. В этом случае важно понять, какие метрики РИНЦ/RCSI наиболее точно отражают результативность российской науки и могут выступить аналогом наукометрических индикаторов государственных научных программ. Проректор НИЯУ МИФИ Николай Каргин опасается, что переход на национальные индексы может привести вначале к некоторому снижению качества статей, однако это будет зависеть от научного сообщества: «Публикации в высокорейтинговых журналах требуют высокого уровня научных исследований. Важно сохранить этот подход», – заключает он.

В Алтайском госуниверситете считают, что отечественная база не может быть закрытой и ограничиваться только российскими журналами, но пока не ясно, каковы должны быть механизмы включения в базу зарубежных изданий.

Развитие отечественных существующих сервисов или создание новых крайне важно, считает ректор МГИМО Анатолий Торкунов: «Например, в связи с ограничением сервисов Google (включая и Google Scholar) критически важно разработать отечественный поисковик научной информации. (Полагаю, что эта задача – создание удобного поисковика по русскоязычным научным публикациям с возможностью наукометрического анализа – вполне была бы по силам компании Yandex, разумеется при государственной поддержке.) Эта задача уже давно назрела и была очевидной еще до текущего кризиса. Такого поисковика на сегодня нет, в результате чего наука на русском языке остаётся во многом невидимой для нас же самих. Наличие поисковика позволит улучшить наши наукометрические показатели, усилить горизонтальные связи между учёными, создать коллаборации между российскими научными школами, особенно в области социально-гуманитарных наук. В идеале такой поисковик, как представляется, должен совмещать удобство Google Scholar и наукометрический функционал Scopus».

«Отечественная база данных научных результатов уже существует – это научная электронная библиотека Elibrary.ru, которая предоставляет значительные возможности для поиска и отражения результатов научной деятельности ученых, – отмечает Дмитрий Штыхно. – При этом данная система имеет свои ограничения – в первую очередь, по объему имеющихся зарубежных публикаций. Представляется целесообразным приложить дополнительные усилия, в том числе со стороны государственных органов, к дальнейшему развитию и продвижению данной системы».